ГлавнаяО проектеГалерея картинЖивописьКопии картинРоспись стендизайн интерьераВход
 
Мировые ресурсы
 

Ваш портал в мир живописи

картины художников стран мира, каталог ресурсов

Реклама:


Увеличить интерьер - роспись стен, любая монументальная живопись, цены на роспись

От: Миронова Анастасия


Опубликовано: Март 12, 2007

Эстетика романтизма в культуре

Романтизм – это великая эпоха в истории культуры. Наивно полагать, что 19 век – это век реализма и реалистической эстетики. От разрушения классицизма вплоть до символизма путь культуры являет собой разные лики эпохи романтизма. Вся история нового времени, начиная с возрождения, разрешала тему личности и её соотнесение с миром и космосом. «Давид» Микеланджело как осознанный знак Возрождения – пастушок в обличии Голиафа – такова заявка личности, сошедшей со стены средневекового храма. Этот человек мог, всё ему было подвластно невозможное. Пройдя через экстазы и телесные бури барокко, заковав себя затем в жёсткие нормы классицизма, человек – художник, человек – творец и как его сконцентрированное проявление, человек – герой художественного произведения, к началу 19-го века после великой французской революции со всей её кровью и парадоксальными результатами на руинах надежд эпохи Просвещения, оказался наедине с самим собой. Диапазон этого одиночества от Наполеона способного подчинить себе всё до одинокого художника способного отринуть от себя всё.

Шатобриан пишет: «Во всякой эпопее первое и самое важное место должны занимать люди и их страсти». На первый взгляд это может также точно относиться как к Гомеру, так и к Байрону. Но весь секрет в том, что личность присутствует совершенно в ином ключе. В путешествии «Чайлд- Гарольда» присутствует прежде всего личность автора, играющая своим своеволием, жёсткая строфика поэмы составляет ту тюремную камеру где личность поэта максимально пытается резвиться.

Есть коренные различия между романтизмом английским, французским, немецким, русским (мы взяли далеко не всё, ведь очень крупным явлением был польский романтизм, венгерский и т. д. ).

Немецкий романтизм создаёт свою, новую «натурфилософию». Он соединяет художника, как творца, с природой и истории в метафизическом поиске органичного слияния. Этот путь параллелен развитию немецкой философии от Фихте до Шеллинга с его философией тождества. В пейзажах дрезденского романтика Каспара Давида Фридриха деревья поднимаются из земли и уходят в землю и, обретая в ней питание для себя, растут как предстающая в зримом облике сущность скрытого в земле, невидимого. Прорывая поверхность земли, они выносят наружу явный и в то же время загадочный образ внутреннего.

Радуга встаёт зримым мостом, соединяя «земное» и «небесное». Эта «метафизика» живописи Фридриха, её особая значительность, магическая сила характерны для немецкого романтизма. Подобный пейзаж мы находим в Лермонтовском «выхожу один я на дорогу…», ставшего для нас хрестоматийным русским эквивалентом эстетической традиции немецкого романтизма. Гениальные Лермонтовские переводы Гейне и Гёте – лишнее доказательство этой связи.

«Лирический», поэтический способ выражения в традиции мистического философствования в эпоху романтизма занимает в культуре общепризнанное место. Эта укоренившаяся в немецком романтизме традиция, в России приобретает совершенно самобытную форму в творчества Е. Баратынского и Ф. Тютчева.

Важнейшая тема для романтизма – интерес к истории. Склонность окунуться в прошлое нередко давала основания обвинить романтиков в консерватизме. Романтизм не был только литературным, поэтическим движением.

Романтизм претендовал на универсальность взгляда на мир, на всеобъемлющий охват и обобщение всего человеческого знания, и он в известной мере действительно был универсальным мировоззрением. Вклад романтического движения в эстетику характеризуется именно тем, что эстетика никогда не понималась как отдельная частная дисциплина; эстетика для романтических мыслителей есть в самом общем смысле лишь определённый ракурс всего их совокупного и целостного мировоззрения, связанный с красотой в искусстве и жизни, с проблемой художественного смысла и художественного знака. Пересмотр правил классицистической эстетики, осознание того, что искусство тесно связанно с историей, предельное внимание к личностному началу в художественном творчестве – безусловная опора в романтической эстетике.

В сознании романтических мыслителей – свидетелей заката французской революции – идеал и реальность истории располагаются в разных плоскостях.

Идея, идеал бесконечно выше, существенней реальности. Идеи разбуженные революцией, составляют утопический потенциал мысли. Реальность не разрушает идеал, но разрывает связь между происходящим в современной истории и идеалом. Реальность и её уроки учат начаткам нового исторического мышления, отрывающийся от всего «земного» идеал, напротив, подкрепляет старинное, традиционное, восходящее к мифологии дуалистическое представление о противоположности небесного и земного, богов и людей, неба и земли. Идеал для романтиков – это орудие критики исторической реальности с позиции идеала. Романтические мыслители критикуют реальную революцию за тот совершающийся в ней разрыв идеального и реального, который сами же воспроизводят в своём сознании умозрительно: сфера всего идеального, отрываясь в сознании романтика от реального хода истории, замыкается в себе и сливается со всей их совокупностью. Таким образом, мысль романтика становится полем, на котором противоречиво сосуществуют старое и новое: с одной стороны, громадная традиция культурной истории, идеал как вневременной полюс бытия, с другой стороны, самый свежий опыт истории и непосредственное переживание происходящего. Одно реально опосредуется – обогащается, направляется другим: опыт истории вливается в романтический идеал. Однако в сознании романтического мыслителя одно продолжает спорить с другим.


Страница 1 из 3 | Следующая страница »
« Стили живописи - Очарование романтизмаМодернизм и постмодернизм »