|
|
Ваш портал в мир живописи  |
|
|
|
|
|
|
|
Библиотека живописи художников разных стран: США, Кубы, Австралии, Китая и других. Классика и современность. |
|
|
|
|
|
|
|
|
Среди творений этого периода – от конца первого десятилетия века и до
середины второго – утонченные музыкальные аллегории, хранящиеся ныне в
Лувре: «Прерванный концерт» и потрясающий «Деревенский концерт»,
аллегорически представляющий всеобщую гармонию и социальный контраст;
поэтически-морализаторские «Три возраста» (ныне в Эдинбурге); «Noli me
tangere» или «Не прикасайся ко мне» (Национальная галерея в Лондоне), и
наконец, вершина тициановского творчества – «Любовь земная и любовь
небесная», сейчас находящаяся в Риме, в галерее Боргезе. Придуманное в
XVIII веке название, под которым известен этот шедевр тициановской
молодости и искусства Возрождения, выражает одну из многих спорных
интерпретаций, которые в свое время получила картина. Ее глубокий смысл
приближает это произведение к творениям Джорджоне, хотя оно и отличается от
них удивительной живостью и естественностью фигур, реализмом исполнения
пейзажа и богатой, теплой колористикой. Эта глубина базируется на игре не
только цветовых и композиционных контрастов – элементы горизонтальные и
вертикальные, белые одежды и алая драпировка – но и контрастов
тематических. Поэтому понятые как аллегорический призыв к любовному
примирению, скрытым смыслом наполняются обстоятельства, послужившие толчком
к созданию картины. Она была заказана венецианским аристократом Никколо
Аурелио по случаю его женитьбы на Лауре Багаротто, чей отец, падуанский
юрист Бертуччо Багаротто, был приговорен к смерти заседанием Совета Десяти
в 1509 году, когда секретарем Совета был тот же Аурелио. И если тематика
этих шедевров приближается к сюжетам Джорджоне, то глубокая и сочная
колористика, живость и естественность изображения как человеческих фигур,
так и пейзажей принадлежат только Тициану.
По другой версии, в трудные годы, последовавшие за войной с Лигой
Камбре, кульминацией которой стал в 1509 году разгром при Аньяделло, Тициан
счел своим долгом выразить надменную позицию Венеции, вызванную
возвращением собственных территорий и возрождением мифа о священном городе.
Это подсказывает иконография «Пала ди Сан Марко», картины, созданной по
обету избавления от чумы 1510 года и находящейся ныне в церкви Санта Мария
делла Салуте, главным персонажем которой, является не Мадонна с младенцем,
как можно было бы ожидать, но апостол-покровитель города, то есть,
несомненно, самой Венеции. Даже в сюжете о «Чуде святого Антония»,
изображенном на фресках, исполненных драматической силы и дерзких
композиций в 1511 году в Скуола дель Санто в Падуе, сквозь господствующую
тему прощения можно ощутить глубокую любовь заказчика к Венеции и увидеть
метафору с примирением Падуи, которая во время кризиса 1509 года
предательски перешла на сторону империи. Произведение «Чудо страдающей
женщины» проникнуто созвучным ему тоном драматического повествования,
особенно патетически звучащим в эпизоде с ревнивым мужем, изображенным в
момент убиения явно несправедливо заподозренной в измене жены. Действие
разворачивается на первом плане картины: кричащая женщина распростерта на
земле в странной позе, ревнивый муж возвышается над ней, вцепившись ей в
волосы и размахивая кинжалом. Сцена раскаяния мужчины и дарования ему
прощения святым, изображена на заднем плане. Это изображение отнесено очень
далеко от первой сцены, дабы подчеркнуть жестокость насилия. Уже в этом
раннем произведении художник демонстрирует не просто уверенность, с которой
впоследствии будет изображать человеческие фигуры, но и власть
выразительного натурализма, характерную для позднего Возрождения.
Со смертью Джорджоне в 1510 году и отъездом в Рим одного из самых
многообещающих художников Себастьяно Лучани в 1511 году, когда Беллини уже
восьмидесятилетний старик, Тициан, бесспорно, становится главой
венецианской живописной школы.
С этого момента в обязанности Тициана входит рисование официальных
портретов дожей.
Он является главой хорошо управляемой самостоятельной школы и получает
от венецианской знати и северных купцов множество заказов на религиозные и
мирские сюжеты, прежде всего на портреты. Однако произведением, которое
после первого замешательства, вызванного его революционной новизной
относительно венецианской изобразительной традиции, поставило Тициана в
один ряд с величайшими художниками эпохи Возрождения, с Рафаэлем и
Микеланджело, стала «Ассунта». Написанная по заказу венецианского монастыря
францисканцев дей Фрари, картина была помещена над алтарем после
торжественной церемонии. Поначалу полотно чуть не было отвергнуто из-за
своей поистине революционной новизны. На самом деле, создавая этот шедевр,
Тициан ломает все традиции обычной для этой тематики иконографии, чтобы
вновь обратиться к схемам композиции Рафаэля и пластике фигур Микеланджело.
Художник пренебрег обычными намеками на смерть и оплакивание, сосредоточив
внимание картины на центральной фигуре Марии, поднимающейся в лучах
божественного света к престолу Всевышнего. Ее поддерживает сияющий полукруг
ангелов, а на земле бушует радостное волнение апостолов. Непосредственность
происходит из-за совмещения драматической силы и динамического напряжения,
которые выражены неповторимым тициановским красным цветом, омытым ярким
сиянием. Эта картина была заказана ему в 1516 году францисканцами церкви
Санта Мария Глориоза дей Фрари и торжественно представлена миру в 1518
году. В ней Тициан достигает того сочетания драматической силы и
драматического напряжения, подкрепленного исключительной насыщенностью
цветовой гаммы, которое станет его визитной карточкой как художника.
Слава Тициана быстро распространяется за пределами Венеции, и из-за
него начинают соперничать лучшие дворы Италии и Европы, прежде всего
благодаря его непревзойденному дару портретиста. Альфонсо д,Эсте, герцог
Феррады, приглашает его завершить украшение «алебастровой комнаты», своего
частного кабинета, оставленное незаконченным Джованни Беллини и, к
сожалению, разрушенного уже к концу XVI века. Между 1516 и 1524 годами
Тициан создает для него три «вакханалии», или «поэмы», как называет их сам
художник: «Праздник Венеры», «Андрийские вакханалии» и «Вакх и Адриадна».
Языческие сюжеты на этих полотнах дышат игривостью и чувственностью,
элегантностью формы, богатой и звучной цветовой гаммой.
Пред. страница | Страница 2 из 6 | След. страница |
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
|
