ПАМЯТНИКИ

  Героическая сущность скульптуры, ее стремление к прославлению, возвеличиванию своих персонажей особенно явственно сказывается в скульптуре монументальной— той, которую мы обычно обозначаем словом «памятники». В монументальной скульптуре невозможно представить себе бытовую или сатирическую сцену, уместную в станковом произведении. В ней не может быть запечатлен человек, известный и близкий только самому художнику. Памятники увековечивают события, определяющие исторические идеи эпохи, великих, приобретших всеобщую известность людей, они несут в себе большое общественное содержание. К ним относятся однофигурные и многофигурные монументальные произведения, монументальные бюсты,, мемориальные ансамбли. К ним относятся также мемориальные колонны (мы рассказывали о колонне Траяна), обелиски, т. е. поднимающиеся ввысь пирамидальные или стреловидные монументы со скульптурными изображениями аллегорического характера, и триумфальные арки. Таких арок было много в Древнем Риме, есть они в Париже, Милане, Ленинграде, других городах. В Древнем Риме их украшали рельефами: на арке Тита (81 г. н. э.) воссозданы эпизоды его войны с Иудеей, бесчисленные ряды легионеров, трофеи, захваченные в разрушенных иерусалимских храмах. Впоследствии арки чаще стали венчать декоративной скульптурой. Вспомним хотя бы Нарвские триумфальные ворота в Ленинграде, воздвигнутые специально для въезда русских войск, разгромивших Наполеона. Они увенчаны легкой колесницей, запряженной шестеркой стремительно несущихся вперед коней; в колеснице стоит богиня Славы, в ее руках триумфальный венок — награда воинам-победителям. Такая скульптура воспринимается гораздо быстрее и эмоциональнее, чем многочисленные и сравнительно мелкие рельефные изображения.                    

В создании памятников, кроме скульптора, непремен­но участвует архитектор. Он проектирует размер и распо­ложение памятника, его архитектурное обрамление и постамент. В таких памятниках, как обелиски и триум­фальные арки, роль архитектора особенно велика: здесь уже не он выступает в роли помощника художника, а, наоборот, художник оформляет и завершает созданное архитектором.

Как правило, памятники отличаются большими раз­мерами (как минимум, в два-три человеческих роста) и делаются из прочных, так называемых «вечных», мате­риалов: камня, бронзы, бетона, стали; они рассчитаны на долгие годы.

Монументальная скульптура обращается сразу ко многим людям, поэтому масштабность, простота и яс­ность созданного образа, выразительность и четкость формы приобретают в ней первостепенное значение. Па­мятник не только можно обойти, он естественно воспри­нимается с разных точек зрения. Шадр писал: «У мону­мента не должно быть показной стороны, так как зри­тель может оказаться рядом, зритель может медленно подойти к памятнику, зритель может быстро промчаться на автомобиле... Зритель может оказаться на крыше дома, может увидеть памятник с аэроплана. Зритель мо­жет появиться с самых неожиданных сторон. Поэтому памятник, поставленный на улице, не должен представ­лять собой вывеску с указательным пальцем — смотри сюда! Он должен быть разрешен одинаково цельно, силь­но и выразительно со всех сторон и высот».

Выразительность силуэта, т. е. общего абриса фигуры или фигур, позволяет воспринимать памятник уже изда­ли, для этого фигуры моделируются крупными объемами и плоскостями. Подошедшему близко памятник «сообща­ет» дополнительные сведения о своем объекте, подробно­сти. Здесь главное значение приобретает выразительность лица персонажа, реализм и убедительность деталей. До­биться гармонического сочетания крупных и мелких объ­емов, создать впечатление их зрительной целостности с любого расстояния — труднейшая и важнейшая задача скульптора-монументалиста.

Памятники событиям воздвигаются реже, чем памят­ники людям. Когда устанавливают памятник событию, то обычно такому, которое должно навечно запечатлеть­ся в памяти. Чаще всего это события, связанные с защи­той Отечества, воинскими подвигами или большими исто­рическими датами. Установлены памятники на Кули­ковом поле, под Полтавой, под Бородином — на местах сражений, в которых решалась историческая судьба Рос­сии. У Севастополя, из вод Черного моря поднимается колонна, построенная в честь русских моряков, во время

Крымской войны 1853—1855 гг. затопивших свои же ко­рабли, чтобы преградить врагам доступ на рейд. Эта колонна давно стала эмблемой города. В центре Новго­рода возвышается грандиозный памятник, посвященный тысячелетию России; сильно поврежденный немецко-фа­шистскими захватчиками, он был полностью реставриро­ван после Победы.

В Москве в 1964 г. был воздвигнут первый в мире монумент, посв1Ященный завоеванию космоса. Стрелой взлетающий в небо монумент, на нем — высоко над зем­лей— летящая в воздухе ракета. У его подножия — ста­туя предтечи советской космонавтики — ученого и мечта­теля К. Э. Циолковского (архитекторы Барщ и Колчин, скульптор Андрей Файдыш, 1920—1967).

В памятниках, увековечивающих великих людей (од­ного или нескольких), большую роль играют позы, дви­жения, жесты персонажей. Скульптор должен так ском­поновать их, чтобы смысл памятника сразу делался понятным зрителю. В этих памятниках персонажи всегда конкретны и известны многим, поэтому они почти непре­менно портретны. Но художник не может ограничиваться только передачей портретного сходства; внутренний мир героев, их чувства и размышления должны не только выражаться в их фигурах и лицах, но и определять пла­стику всего произведения, выражать содержание его и целенаправленность.

В памятнике, посвященном отдельному человеку, мо­гут быть воссозданы глубокие, душевные, даже драма­тические переживания. Таков памятник Н. В. Гоголю, исполненный в 1909 г. Николаем Андреевым (1873— 1932). Сосредоточенное лицо писателя изнурено страда­ниями, весь облик его кажется угрюмым и скорбным. Комический хоровод его героев, барельефным фризом окружающий постамент памятника, делает фигуру Гого­ля еще более одинокой и трагичной.

Сидящая фигура всегда более интимна, стоящая — более торжественна. Герои, полководцы, государственные деятели, люди, пожертвовавшие своей жизнью ради ро­дины, изображены в большинстве случаев стоящими. Прямые высокие фигуры, стоящие в открытом простран­стве, сами по себе кажутся гордыми и героическими. Душевная стойкость в сопротивлении захватчикам— главная идея памятника Зое Космодемьянской, постав­ленного в 1957 г. на развилке Минского шоссе и дороги в село Петрищево под Москвой. Тоненькая, открытая всем ветрам фигурка кажется хрупкой и беззащитной, но вместе с тем в ее высоко поднятой голове, в упрямо расправленных, несмотря на связанные руки, плечах чувствуется железное мужество и презрение к смерти. Настойчиво и требовательно утверждают самоотвержен­ную любовь Зои к Родине скульпторы Олег Иконников (р. 1927) и Владимир Федоров (р. 1926).

Иной путь избрал Глеб-Никита Лавинский (р. 1921), создавший памятник Ивану Сусанину для г. Костромы (1967). Сусанин никому не противостоит и ничему не сопротивляется. Зато весь его облик свидетельствует о его внутренней силе и правоте. Поднятый на высоком по­стаменте, он царит над городской площадью, оглядывая расстилающуюся перед ним русскую землю; зрителю, который проследит за направлением его взгляда, откро­ются далекие заволжские леса, куда Сусанин завел вра­гов на погибель. В чистоте и ясности лица крестьянина художник выявляет его духовное благородство, в гордом спокойствии осанки — убежденность в его нравственной правоте. Длинная просторная шуба, зрительно увеличи­вающая его рост, придает фигуре монументальность.

Иконников и Федоров воссоздают Зою в ее звездный час, в момент ее героической гибели. Лавинский показы­вает Сусанина уже прошедшим через суд истории и как бы откристаллизовавшимся в сознании потомков. И тот, и другой подходы одинаково возможны и правомерны.