ГлавнаяО проектеГалерея картинЖивописьКопии картинРоспись стендизайн интерьераВход

Не знаете, что подарить близкому человеку? У нас идеи подарков в большом количестве!


  рекомендуем информацию о :

живопись - помощь в подборе коллекций и приобретении, копии картин на заказ

Наша группа в социальных сетях

Присоединяйтесь!

Опубликовано: Май 13, 2010

Материал и его художественные свойства

Каждое искусство физически существует в определенном материале. Но только ли физически нуждается произведение в материале? В этой связи любопытно происхождение так называемого «технического орнамента», повторяющегося по поверхности некоторых предметов в виде набора элементарных линий.

В давние времена, когда не знали гончарного ремесла, сосуды для хранения воды изготавливали, переплетая гибкие прутья деревьев и обмазывая их глиной. В результате поверхность выглядела рельефной сеткой выступов и впадин. С появлением гончарного круга отпала необходимость в арматуре, и тем не менее, получив гладкую поверхность, древний мастер без видимой необходимости, искусственно наносил похожую насечку по сырой глине. Это случилось оттого, что ценность воды, несущей утоление жажды, срослась в людском сознании с первоначальной формой сосуда — материалом, и сам материал стал ценностью, которую и имитировал мастер на гладком сосуде. Но, по существу, это была ценность даже не воды. Древний человек, пытаясь объяснить природные явления, наделял их разумом. Поэтому вода, как и все окружающее: камень, металл, дерево, свет, мрак, огонь, холод, оказывалась не только ценностью для человека, но и человеческой духовной ценностью. В некоторой степени сходное отношение к материалу произведений искусства сохранилось с древних времен и у художников, став действенным элементом творческого процесса.

«Старичок-полевичок» (1909), Конёнков Сергей Тимофеевич Материал и его художественные свойства

 

«Старичок-полевичок» (1909), Конёнков Сергей Тимофеевич

Этим чувством в высокой степени обладает, например, старейший советский скульптор С. Конёнков, образы которого всегда раскрываются в богатстве и красоте пластических свойств материала. Широко известны его скульптуры из дерева. В них он часто оставляет почти нетронутыми естественные формы, цвет и фактуру дерева, лишь только в некоторых местах срезая и обрабатывая его и тем самым достигая слитности образа с материалом. Дерево, было одушевленным и до немногих деликатных прикосновений резца, и в то же время каждая борозда, каждый перепад формы придают ему еще большую осмысленность — словно художник расчищает образ, заложенный в дерево от природы. Таковы его «Старички-полевички» или «Колхозница», вырезанная из огромного пня, или женские торсы, в которых так полно и естественно сочетается красота тела с гибкой пластической структурой ствола дерева. Когда же Коненков создает произведения из мрамора, он выявляет все богатство его свойств, то добиваясь нежности и гладкости в его обработке, то оставляя нетронутой естественную фактуру. Причем, как и всегда у Коненкова, все эти способы обработки дерева или мрамора обогащают само содержание создаваемого образа. Так, мы особенно ясно чувствуем нежность форм девичьего лица в его портрете «Наташа» в контрасте с почти не тронутым резцом естественным куском мрамора, изображающим одежду девушки и служащим одновременно пьедесталом   всей   скульптуре. Обрабатывая материал, художник может идти несколькими путями, и каждый из них избирается по совершенно определенным мотивам. Это особо важно подчеркнуть, потому что существует мнение, будто выбор, не оправданный с точки зрения прямого сходства с действительностью, идет от пустого фокусничества. Мнение неверное, ибо оно основано только на одном из путей искусства, так   называемом   иллюзионизме.

Многим знакома легенда о древнегреческом скульпторе Пигмалионе, который изваял настолько прекрасное и правдоподобное изображение девушки, что полюбил ее. Другая, тоже древнегреческая, легенда рассказывает о живописце, так похоже изобразившем виноградные гроздья, что птицы слетались их клевать. Это и есть иллюзионизм — подражание природе, стремление превратить мрамор в живое тело, а краски — в плоть винограда.

В живописи и графике иллюзорное изображение реальности связано с точной передачей глубины пространства, выпуклостей объема и характера освещения; при этом художник маскирует мазки и линии — «следы» материала на поверхности холста или бумаги. Но полная, обманывающая глаз иллюзорность здесь возможна в очень редких случаях, обычно при изображении маловыпуклых или плоских поверхностей и неглубокого пространства. Так, например, русский художник XIX века Федор Толстой мастер миниатюр нарисовал лист бумаги с видом Петербурга, покрытым сверху полупрозрачным, несколько мятым пергаментом. Впечатление таково, что пергамент настоящий и скрывает «настоящий» рисунок. Однако эта работа была для художника своего рода изобразительной шуткой, демонстрацией уменья глаза и руки.

В целом можно, сказать, что художник, если он стремится к иллюзии, то добивается ее ровно настолько, насколько правдивый облик передает красоту и смысл изображаемых предметов и явлений. Слепое же копирование натуры до мельчайших, бессмысленных подробностей ничего общего с искусством не имеет.

Часто поиски художников связаны с сохранением или усилением впечатления от изобразительного материала самого по себе. Здесь изобразительный материал на своем языке говорит о содержании создаваемых образов.

Чтобы пояснить это, приведем следующий пример. Ваш собеседник рассказывает о каком-то событии. Если он говорит связно, но вяло и монотонно, то вы, уловив суть происшествия, не заинтересуетесь им, оно оставит вас равнодушным. Другое дело, если интонации рассказа живы и разнообразны, если, то повышая, то понижая голос, то убыстряя, то замедляя темп речи, рассказчик передает не только то, что происходило, но и последовательность своих переживаний события. Тогда повествование взволнует вас, ибо через интонацию голоса вам передадутся переживания собеседника, а человек воспринимает жизненные явления вполне, когда он не просто осознал их, но и составил о них эмоциональное впечатление. Изобразительный материал, а если говорить точнее, физические качества материала (твердость, цвет, тяжесть и т. п.) и характер его обработки (резкий, стремительный, «затрудненный», медленный, плавный и т. д.) — это голос художника, сообщающий нам чувства, которые вызвал у него создаваемый образ.
 
И в скульптуре, и в живописи, и в графике умение пользоваться этим приемом называется чувством материала. Действительно, когда живописец чувствует краску, график — карандаш или перо, скульптор — камень, бронзу или глину, им удается воплотить наиболее полно в работе именно те эмоциональные ощущения образа, о которых говорилось чуть выше. Так, многие русские живописцы конца XIX — начала XX века любили работать широкими рельефными («пастозными») мазками, покрывая холст красочной массой темпераментно, на «одном дыхании».

В. Суриков особенно не любил гладкую живопись. В письме из-за границы своему учителю П. Чистякову он писал: «На выставке есть картины Мейсонье. Народ кучей толпится у них... Та же филигранная отделка деталей, и это, по-видимому, сильно нравится публике. Как же, хоть носом по картине води, а на картине ни мазка не увидишь! Все явственно, как говорят в Москве. Нет, мне кажется, что Мейсонье нисколько не ушел дальше малохудожественных фламандцев: ван-дер-Хельста, Нетчера и других. Невыносимо фотографией отдает». Но зато В. Суриков очень высоко оценил смелую технику и широкую манеру письма выдающегося мастера итальянского Возрождения Тинторетто: «Кто меня маслом по сердцу обдал, то это Тинторетто. Говоря откровенно, смех разбирает, как он просто неуклюже, но так страшно мощно справляется с портретами своих краснобархатных дожей, что конца не было моему восторгу... Он совсем не гнался за отделкой, как Тициан, а только схватывал конструкцию лица просто одними линиями в палец толщиной; волосы, как у византийцев, черточками».

Энергичная, широкая живопись возникает как следствие быстрой, темпераментной и очень напряженной фиксации на холсте непрестанно меняющихся состояний, движения жизни, при которых художник улавливает самые существенные стороны явления и передает свои очень живые и острые впечатления. Такого рода работы обычно отличаются свободной и динамичной техникой, когда по самой фактуре живописи мы ощущаем энергию и напряженность всего процесса выполнения картины. И если эти ощущения совпадают с чувствами, рождаемыми всем художественным смыслом произведения, нельзя не получить глубокого эстетического удовлетворения и от самой техники его выполнения.

В искусстве скульптуры изображение бурных драматических событий, воплощение сильных характеров, мучительных переживаний, изменчивых и динамичных состояний обычно сопряжено с темпераментной, энергичной лепкой, с широкой и свободной пластикой. Замечательна в этом смысле резкая, решительная лепка в знаменитой композиции великого французского ваятеля О. Родена, изображающей именитых граждан города Кале, добровольно идущих на смерть, чтобы спасти от разорения город и население.

Но и гладкая и густая техника живописи прекрасна, если она помогает выразить идею произведения, темперамент и мировосприятие самого художника. Не тем определяется мастерство — насколько гладко и ровно покрывает художник свой холст красками, а силой образного выражения замысла, умением использовать все богатые возможности палитры. В произведениях, выражающих столкновение противоречивых сил, раздумья самого художника, страстное желание познать мир во всей его сложности, нельзя ожидать техники спокойной, уравновешенной, гладкой. Характер творчества художника, сила его чувств неизменно скажутся и на его технике, и на способе кладки краски, и на контрастах колорита. Так, например, густой мазок и широкая манера живописи в картине «Вихрь» Ф. Малявина очень убедительно выражают горячий темперамент мастера и подчеркивают буйное веселье изображаемой им вихревой деревенской пляски. А в «Сватовстве майора» П. Федотова, где художник стремился выявить множество характерных деталей и показать тонкие оттенки чувств всех персонажей картины, спокойная, гладкая живопись оказалась наиболее органически связанной с содержанием   произведения.

Материал и его художественные свойства

«Сватовство майора» П. Федотов

Техника допускает огромное разнообразие и должна быть вполне индивидуальной. Требование какой-либо одной общей и одинаковой техники неправомочно в искусстве. Далеко не случайно многие художники стремятся выработать свой «почерк», свою неповторимую манеру работать; но не просто поиск оригинальности во что бы то ни стало — ими руководит вера в неисчерпаемость окружающего мира, поэтическая мечта увидеть его новые, прекрасные грани и открыть их людям, что неотделимо от свежего и искреннего видения. В пастозных мазках Ф. Малявина существует не меньшая, чем у П. Федотова, закономерность, подчиняющая краску натуре; Роден не менее наблюдателен и не более небрежен, чем Пракситель. Художнику чужд изолированный взгляд на предметы и явления, творческий процесс рождает многие ассоциации, приводит к гармонии — к единству образа — самые различные мысли и переживания, и то же можно сказать об использовании им материала. Материал изобразительного искусства способен одновременно изображать природу и человека и выражать чувства   художника.


От: Бирюкова Ирина  




Похожие темы

« Виды искусств и общие художественные средстваРисунок и линия в живописи »

следующая информация будет вам интересна: